Правила стиля

Ванесса Фридман: Мода как политика и культура

Ванесса Фридман – редактор моды The Financial Times, автор статей по искусству, моде, культуре и политике для The New Yorker, Vanity Fair и Vogue и европейский редактор американского Elle. В интервью Ванесса рассказала о различиях между модой и элегантностью, а также нарисовала красноречивую картину модной индустрии.

Ванесса Фридман: Мода как политика и культура

Ванесса, вы разделяете понятия моды и элегантности?

– Да, я думаю это надо делать. Мне кажется, элегантность – это способ бытия в мире или 
способ мышления. Мода же является выражением социальной или политической идентичности
 в определенный момент времени.

А у моды есть и некая политическая подоплека?

– Конечно, есть! Мода прямо указывает на ваше членство в определенной группе, это очень похоже на принадлежность определенной политической партии. Вы используете моду, чтобы обозначить одну политическую 
верность и отрекаетесь от другой. Например, форменная одежда или военная форма, это тоже может быть предметом моды.

Потребность принадлежать к
 группе существует всегда. Социальные группы, политические партии, церкви или религиозные конфессии – люди находят себя вовне, это же касается и брендов. Надев Gucci или Celine, вы моментально оказываетесь в целой куче людей, сделавших такой же выбор.

Понятия «мода» и «стиль» тоже разные?

– Конечно, ведь мода – это нечто практичное, какое-то конкретное платье, тогда как стиль – это 
больше эстетический выбор. Стиль относиться к образу мышления, системе ценностей, 
декору дома...

Какое отношение мода имеет к интеллектуальности?

– Все зависит от того, как вы определяете эту самую интеллектуальность. Включается ли 
самосознание человека, когда он делает выбор в моде? Конечно! Ведь выбирая наряд, мы думаем о том, как нас будут воспринимать другие люди. Здесь включается аналитическое мышление, интеллект, потому что мы должны осознавать свой выбор и обосновать его.

Вы много писали о вопросе идентичности, но в то же время часто описываете моду как форму культуры. Какие 
отношения между идентичностью и культурой существуют в моде?

– Ваш культурный выбор – это часть вашей личности. Какая еда вам нравится, какие книги вы предпочитаете, ваша система ценностей – это тоже часть культуры. Выбор большинства людей связан с их желанием быть частью группы: 16-летние девочки выбирают Джастина Бибера, а
 18-летние – Селену Гомес. Это дух времени, то, что влияет на вас. Когда появляется новый тренд, под ним всегда есть фундамент из политики и культуры. Ирония заключается в том, что появляется раньше – product placement на больших экранах или ассортимент в Barnyes.

Однако потребитель всегда знает, почему он выбирает розовую рубашку, а не, скажем, ковбойский лук, почему он идет в Juicy Couture, а не в Bloomingdale's. Это происходит подсознательно, но вы всегда пытаетесь чему-то или кому-то соответствовать:
сверстникам, культурной группе, социальному статусу... Сейчас это превратилось в настоящую игру и стало частою поп-культуры.

Являясь редактором моды The Financial Times, вы знаете индустрию моды изнутри. Как бы вы определили влияние
 промышленности на моду?

– Сегодня мода и модная промышленность – очень большая часть мировой экономики, никогда раньше такого не было. Это просто потрясающе, особенно если учесть, насколько молода мода. Мода как промышленность, которая котируется на различных фондовых рынках, начала существовать лет 15 назад. LVMH не существовало до конца прошлого века, пока в 1985 году 
Бернар Арно не купил Dior, на котором выстроил свою империю. Индустрия выросла до колоссальных размеров очень быстро, за каких-то 50 лет! Этот рост обусловлен тем, что умные менеджеры увидели, как можно использовать некие культурные и политические желания и монетизировать их. Это сделало многих людей очень богатыми, 
привело к возвышению дизайнеров в ранг знаменитостей.

Однако в этом есть и другая сторона. Мышление стало более скоротечным, что, возможно, не очень хорошо для 
моды. В определенный момент возникает вопрос насыщенности и перенасыщенности. Если
 каждый может что-то купить, он больше не желает это покупать.